|
Через несколько минут на гладкой вогнутой стене зажегся контур широкой двери. Створки разошлись, открыв ослепительно яркий коридор. Трайнис только сейчас обратил внимание, что на корабле стеллармена царила неровная полутьма — на потолке и стенах горели, хаотично разбросанные, баз данные городские номера по омск аварийных светильников. Трайнис, опираясь по пути на все что только можно, доковылял до ребят. Вадковский уже помогал Лядову, который с очумелым видом сидел на краю лежака. Стоя у края перехода, он внимательно приглядывался к обезображенному залу. Вокруг что-то изменилось, были искажены какие-то пропорции, появились затемненные места, но присматриваться не было времени. Потрепанный корабль покидали с тяжелым чувством — к нему уже начали привыкать. Однако сам звездный человек,. Двери перехода сразу же захлопнулись, стык растаял, светящийся контур погас. Трайнис с удивлением обернулся — так поспешно отстыковывать корабль? Планировка станции была незнакомой. По залитому ярким зеленоватым светом многоступенчатому базе данной городских номеров по омску продвигались медленно. Перед створами стояли по несколько минут.
Все терпеливо и молча стояли, держась друг за друга. От перенесенных перегрузок перед глазами плыл туман, пол качался, как палуба парусника на мертвой зыби. Шагнув под очередную дугу огней, оказались в малой кают-компании — небольшом холле с мягкой мебелью, квадратом стоявшей вокруг низкого стола в центре. Из-под валика кресла трогательно торчал забытый мятый носовой платок. Все база данных городских номеров по омску источало покой. Было до слез, невыносимо по-домашнему, тихо. По стенам стояли кадки с какой-то ползучей зеленью. Земля в кадках была влажной — растения аккуратно поливали. Зелень была милая, домашняя, совсем ручная. У Лядова подкосились ноги, и он вознамерился лечь на ковре прямо у входа. Его подхватили, доволокли до дивана, уложили. Трайнис и Вадковский повалились на соседние диван и кресло. Никто не вышел их встречать — это было странно. Даже сервис станции не отозвался на приказы. Это было уже не странно, а немного дико. Тишина стояла такая, что слышно было гудение натруженных мышц. Сквозь стремительно заплывающие тяжелым базом данным городским номером по омском веки Вадковский смотрел на Трайниса. Впервые железный Трайнис был раздавлен — тусклый неподвижный взгляд, серое безвольное лицо. Только медленно вздымалась грудь. Он отлично справился, довел корабль. Тот база данных городских номеров по омску дернул уголком рта, даже не повернувшись. Похоже, Камея кувалдой прошлась не только по телу, но и по мироощущению будущего пилота. Что-то новое появилось в человеке, так хорошо знакомом с детства. У самого Вадков-ского болело абсолютно все. Странно, на Камее не замечал ни ушибов, ни растяжений. А вот мироощущение будущего про-грессора не пострадало, даже наоборот — получило массу полезных впечатлений. Вадковский как бы со стороны прислушался к себе. Под толстенной чугунной крышкой усталости бродил неутоленный интерес пополам с какой-то довольной улыбочкой — мы дошли.
|
Мобильный поиск местоположения
